Доха

– Поезжайте и спросите! – Нет, вы поезжайте и спросите! Спросите, спросите, чему так радовался Верник, когда попал в Катар. Всё та же привычная жара, те же персидские глаза, та же пустыня, но ощущение было другое. От города, от людей, даже от пресловутых таксистов, замотавших свои машины в полиэтиленовые пакеты.

Я двадцать минут с замершим сердцем ехал вдоль расцвеченной огнями набережной, думая: «Кажется, оно», а когда доехал до отеля, зарегистрировался и вошёл в номер, то, взвизгнув от восторга, на выдохе сказал: «Да». Это был не просто шикарный номер – это был лучший номер за всю историю моих гостиничных аренд вообще. Сто метров чистого удовольствия в классических светлых тонах и огромная ванна с видом! Поверьте, это отдельное удовольствие – пропарить перед сном ноющие чресла, созерцая множественную жизнь вокруг. Это то, что мне было нужно!

Уже на следующий день, совершенно счастливый, я выдернул технику из зарядок и, уронив себя в лифте на первый этаж, выбежал в лобби, чуть было не сбив какого-то известного дагестанского борца, запутавшегося в сумках Луи Виттон. Я перестал бежать, извинился и медленно, не оглядываясь, вышел из отеля, ещё полчаса беспокоясь за свою жизнь. Передо мной была Доха – город, взявший пример с Дубая, поспешив обернуть нефтяные прибытки в туристические пользы, привлекая людей со всего мира. Одним таким человеком был я, и, что самое интересное, меня это устраивало.

Меня не интересовали изысканные рестораны, дорогие сумки, браслеты Картье, женщины, которые зарабатывают от пяти миллионов, самые высокие небоскрёбы и насыпные острова в виде деревьев. Я, трясясь от возбуждения, спешил к нескольким именам, в которые мудрые арабы вложили уйму денег. Меня интересовала архитектура Дохи и несколько шедевров, притягивающих неравнодушных туристов к этим гаваням визуальной радости и восторга. Поэтому прошу любить и жаловать – Жан Нувель, Рем Колхас и Йо Минг Пей.

Жан Нувель – наследный принц в архитектурном спорте, на славу порезвившийся на Ближнем Востоке, отстроив Лувр в Абу-Даби, Дохе подарил Доха Тауэр и, конечно же, «Розу пустыни» – Национальный музей Катара, что по мне так восторг в чистом виде! Архитектурное безумие и несомненный шедевр, мгновенно занявший все призовые места в именитых рейтингах и моём сердце.

Йо Минг Пей – собственно создавший пирамиду Лувра в Париже, в Дохе спроектировал музей исламского искусства, свой прощальный шедевр, чудо слоёной геометрии, выросшее прямо из воды.

И Рем Колхас – подаривший арабам Национальную библиотеку Катара.

Рассказывать о красоте этих зданий не имеет смысла. Это всё равно что рассказывать о яркости солнца. А теперь возьмите немного моего восторга, смешайте его с потрясающей восточной кухней, отличным отелем и бархатной погодой. И вы поймёте, как я в конце своих двух совершенно потрясающих дней однозначно был готов ответить, чему я так радовался, попав в Катар.

Катар – идеальный пример современного Ближнего Востока. Тут нет необъяснимых цен. Он роскошен, приятен и совершенно дружелюбен. Он комфортен для прогулок, красив, не страдает от засилья спецконтингента и очень вкусно кормит. Тут прекрасные и комфортные отели, отличные пляжи и отличные шедевры от лучших мировых архитектурных бюро. Сюда летают прямые рейсы, а отсюда можно было улететь хоть на Луну. И мне, к слову, нужно было лететь дальше, потихоньку возвращаясь домой. Я бы мог вернуться в Москву напрямую из Дохи, но решил сэкономить и вернуться через Дубай, заодно навестив своего друга, но об этом я, пожалуй, расскажу в следующей главе.