Снова куда-то лечу

С вечера собрав вещи, я лёг пораньше спать, чтобы свежим засветло выехать в аэропорт. Собрался я основательно, взяв с собой даже овсяные хлопья, протеин, большую аптечку, такую же большую сигару, понимая, что половиной вещей я и не воспользуюсь, но это меня успокаивало, и я уснул.

Рано утром Шереметьево был зловеще пуст. Я за полторы минуты прошел все досмотры и, с опаской оглядываясь по сторонам, поплёлся в Малевич, бизнес-зал Шереметьева, где питание – сплошная череда огорчений, а закупочная стоимость вина, которое там наливают – 200 руб. Есть я не стал, решив потерпеть до самолёта, а просто сел и ещё сонными глазами в пустом зале с сочувствием смотрел, как двое работников аэропорта, прячась под самолётом от холодного ливня, от скуки попинывали самолётное шасси.

Когда взлетаешь утром, продираясь сквозь столичную хмарь, самолёт трясёт так, что радует тебя лишь то, что ты сейчас ближе к богу, чем все, кто остался внизу. Но спустя несколько минут тряски, самолёт вынырнул из облаков к идеальному утреннему небу, щедро залитому солнцем. Отрадно знать, что когда в Москве климатический ад, чуть выше, над густым одеялом облаков – рай на земле, солнышко и ни одного комара.

Погода в Стамбуле была восхитительной! По обочинам стояли голые и пыльные деревья, на дорогах, парализованных движением, скрипели зубами от злости бронзовые таксисты на жёлтых фиатах, а я, традиционно в приподнятом настроении от предвкушения будущего приключения, ехал и удивлённо косился на таксиста, который не нарушая скоростного режима, не играя с другими в шашки, молчал всю дорогу, даже не прикасаясь к телефону.

Я снова куда-то ехал, летел, оставив привычный комфорт и любимых женщин, ехал как всегда один, улыбаясь, как дурак и смотря на шумный город, случавшийся в моей жизни бессчётное количество раз, и отличавшийся с каждым разом лишь тем, что кафешки превратились в офисы для экспатов, а русских экскурсоводов стало на порядок больше.

Заселился в Артизан, неплохая четверка от Мак Галлери. В отеле любили и уважали собак, одна из которых, размером с Кайен, вальяжно лежала у отеля, пугая посетителей. Вторая, поменьше, была рядом и аппетитно обедала из любезно поставленной коробки. Я оставил вещи, прогулялся по городу, сходил в музей современного искусства, заглянул в бутик закруток, съел двойной донер с помидорами на Гранд Базаре, одну баранью голову, помылся в Чемберлиташе, сочувствующе посмотрел на мышь, из спины которой поварёнок усердно выковыривал масло и, вернувшись в отель, уснул сном младенца, чтобы завтра продолжить долгий путь на другой край земли, долетев до очередного транзитного города – путевого дворца Мадрида.